Святой источник
    Вход Регистрация

   

» » Страница 18


ЗАИКОНОСПАССКИЙ МОНАСТЫРЬ

ЗАИКОНОСПАССКИЙ МОНАСТЫРЬ


    ЗАИКОНОСПАССКИЙ МОНАСТЫРЬТак называли Никольскую улицу в старину. Еще до монгольского ига она лежала на пути из Москвы во Владимир, Ростов и Суздаль, а потом стала частью святой дороги в Троицкую обитель. После того как в 1395 году была встречена Владимирская икона и появился Сретенский монастырь, весь участок дороги от Кремля до границы Земляного вала стал называться Сретенской улицей. Когда же в 1534 году была построена стена Китай-города, отрезок улицы внутри стены стал именоваться Никольской: в летописи это имя впервые упоминается в 1547 году, когда венчался на царство Иван Грозный. По одной версии, имя ей оставили Никольские ворота Кремля, которые осенял образ святителя Николая Чудотворца, по другой – древний Никольский монастырь, основанный в XIV веке и ставший родиной Спасской обители, которая в старину именовалась «что на Никольском крестце». Такие крестцы существовали на всех трех посадских улицах Китай-города; это места, где стояли часовни, где приводили народ к древней присяге – целованию креста. На Никольском крестце была часовня святителя Николая Чудотворца, в ней приводили к присяге участников судебного разбирательства в спорных случаях: во свидетельство правоты тяжущиеся целовали крест и образ святителя Николая. Раньше такие вопросы решались на судебных поединках с помощью дубин: кто одолеет, тот и прав, но этот обычай по настоянию Церкви был запрещен в 1556 году. Никольскую называли «Священной улицей» еще и из-за обилия церквей, монастырей и часовен на ней, хотя она и располагалась в очаге городской торговли. Торговые ряды занимали большую часть Китай-города, а в районе Никольской существовал особый Иконный ряд, где иконы, по благочестивому обычаю, «выменивали», не торгуясь и назначая за них твердую «божескую цену», пусть и нередко слишком высокую. Иван Грозный отдал Никольский монастырь афонским монахам. Есть мнение, что на его территории стояла Спасская церковь, которая в 1600 году обособилась вместе с участком монастырской земли в самостоятельную обитель: основателем Спасской обители считается Борис Годунов. Поскольку часть территории монастыря оказалась за Иконным рядом, отсюда явилось известное название – Заиконоспасский. Еще он назывался «Спас на Старом» или «Спас Старый», что привело к версии об образовании Спасского монастыря от Никольского, но сведений о раннем этапе его истории не осталось практически никаких. Известно лишь, что в нем находились две церкви: каменная соборная и деревянная. На первых порах положение молодого монастыря было более чем скромное, к тому же в 1626 году деревянную Никольскую улицу разорил пожар, не миновавший и обитель, а после него честь территории отписали Земскому приказу. Насельники явно страдали от нехватки самого необходимого. Летом 1661 года, когда, по всей видимости, случился второй пожар, архимандрит Дионисий с братией били челом царю Алексею Михайловичу, чтобы им взамен отнятой земли «отдали на пропитание» убогий дом, что находился за Сретенскими воротами (вероятно, на Божедомке). Просьба была исполнена, и в те же годы монахам последовал поистине царский подарок. В 1660 году по высочайшему повелению в обители был заложен новый каменный собор – для благолепия и во избежание риска нового пожара. Средства же на собор по обету дал один из местных жителей, боярин Федор Волконский, чей дом стоял напротив монастыря. Далекий потомок святого князя Михаила Черниговского, пострадавшего за христианскую веру в ставке Батыя в 1246 году, он участвовал в обороне Москвы от войск польского королевича Владислава в Смутное время, помогал князю Пожарскому, собирал материалы для Соборного уложения. Вероятно, обет мог быть дан еще в 1650 году, когда Волконский был послан в Псков усмирять хлебный бунт с приказом казнить виновных, а бунтовавшие едва не казнили его самого. Чудом уцелев, он вернулся в Москву и был пожалован в бояре.

ХОЛМСКАЯ ИКОНА СПАСЕНА

ХОЛМСКАЯ ИКОНА СПАСЕНА


    ХОЛМСКАЯ ИКОНА СПАСЕНАО происхождении Холмской иконы сохранились различные легенды. Согласно самой известной из них, икону принес в дар городу Холму (Хельму) сам святой равноапостольный князь Владимир. Очевидно, она была вывезена из Византии с приданным его жены Анны, дочери византийского императора. Исторические источники подтверждают присутствие иконы в Холме в XIII веке. Это она в начале столетия спасла Холм от татар. Когда их орды обложили город, жители вынесли чудотворную икону на крепостные валы. Татарам показалось, что валы достигли облаков, и они отступили. В 1259 году город горел. Пожар уничтожил все церкви, но икона уцелела. Князь Даниил построил тогда для нее на Хельмской горе прекрасный кафедральный собор. В хронике Яна Длугоша содержатся сведения о том, что в 1262 году Лев, сын Даниила, подарил икону церкви. Летописец упоминает и о том, что икона написана на кипарисовой доске. В 1596 году Холмский епископ Дионисий Збруйский принял унию, и иконостас кафедрального собора оказался у униатов. Когда в середине XVII века икона согласно договору должна была вернуться к православным, униаты ее скрыли. Спустя год святыня была обнаружена в сундуке закопанном в землю и замаскированном зерном и снопами соломы. После того, как икону торжественно перенесли в собор, униаты послали жалобу королю. Через некоторое время, после споров и объяснений, король Ян Казимир приказал привезти икону в Варшаву и поместить ее в часовню в замке. После отправки иконы в Люблин, королевские войска забирают ее на войну с казаками. Вернувшись в Варшаву, икона вскоре опять попала в Холм и была передана монахам-униатам. Слава о святой иконе распространилась за пределы Холмщины, и к ней сразу потянулось множество верующих с Подляшья, Волыни и других дальних и близких мест. В 1646 году Иаков Суша, последний униатский епископ, издал книгу с описанием ста главных чудес, которые происходили во время молитв к Божией Матери перед ее чудотворной иконой. В этой книге содержалось точное описание и размеры иконы: «в длину образ имеет полтора локтя, почти четверть; в ширину на полторы четверти; в толщину на два пальца». В XVIII веке икону офицально признали чудотворной, а 1765 году согласно католическим традициями - короновали. В 1875 году холмские униаты вернулись в лоно Православной Церкви. В 1878 году икону торжественно перевезли в собор Пресвятой Богородицы. Почитание иконы не ослабевало. В 1888 году к чудотворному образу прикладывался сам Российский император Александр II с семьей. В 1915 году во время трагических событий Первой мировой войны икона вместе с беженцами выехала на восток. Позднее стало известно, что она вместе со священником Ганкевичем очутилась в Москве, а в 1918 году была привезена в Киев. Спустя 13 лет святыня попала в руки к о.Анатолию Юнаку. В 1943 году икона вернулась в Холм, но дальнейшая ее судьба была на протяжении многих лет неизвестна. Анатолий Квасюк, художник-реставратор из Луцка, вспоминает: «В сентябре 1996 года появился руководитель отдела живописи краеведческого Волынского музея в Луцке и спросил, не хотел бы я взглянуть на одну из икон…С писателем Иосифом Стасюком мы тотчас поехали на незнакомую мне квартиру. С ним была Надежда Гавриловна Горлицкая. Хозяйка отворила перед нами двери, и я увидел чистую опрятную квартиру, всю в вышитых полотенцах, но иконы не было. И лишь, когда двери закрыли, она предстала перед нами в полной своей красе. Хозяйка берегла святыню, чтобы она не попадалась сразу на глаза случайным гостям… В виду сильных повреждений требовалась ее реставрация. Между Надей и директором музея было подписано соглашение о передачи иконы на хранение и консервацию. Нас попросили держать происшедшее в тайне…» Надежда Горлицкая версию судьбы иконы представила так: «Мой отец, протоирей Гаврила Коробчук, холмчанин, по линии прадеда, служил в Холме. В 1945 году, выезжая на Украину, вывезли икону и иконостас. Икона попадала в Луцк, и какое-то время, затем находилась в Ивано-Франковске, где художник-самоучка «обновил» ее до неузнаваемости, но позже она опять вернулась в Луцк. «Какое-то время» - означает 50 лет. Икону хранила сестра Надежды Горлицкой, а после ее смерти Надежда решила передать святыню музею Волынской Иконы. У специалистов, изучавших икону, нет сомнений, что это оригинал. Споры ведутся лишь о ее датировке: конец XI - начало XII века. Владимир Александрович из Львовской Академии Наук говорит: «Эта икона, памятник византийского искусства, наследующий традиции античности. По предварительной оценке ее следует датировать не ранее XII столетием. Работа по консервации еще не закончилась. Икону можно увидеть в музее по адресу: улица Перемоги дом 4. Верующие надеются, что когда-нибудь эта величайшая святыня вернется в сегодняшний Хельм. Но это связано с довольно серьезными проблемами. Дело в том, что бывший православный собор в Хельме в настоящее время является римо-католическим костелом, а имеющееся скромной православной церкви трудно обеспечить безопасность для этой величайшей святыни. Но православные не теряют надежды. «Следует усилить молитву, - говорит владыка Люблинский и Холмский Авель, - чтобы Бог указал иконе место». Подготовил Геннадий Цветков

СВЯТОЙ МУЧЕНИК ГАВРИИЛ БЕЛОСТОЦКИЙ

СВЯТОЙ МУЧЕНИК ГАВРИИЛ БЕЛОСТОЦКИЙ


    СВЯТОЙ МУЧЕНИК ГАВРИИЛ БЕЛОСТОЦКИЙ(память 20 апреля / 3 мая) Св. мученик Гавриил родился 22 марта 1684 года в православной семье в селе Зверках близ города Заблудовка. Родители его, Петр и Анастасия Говдел, держались веры предков в нелегкие для православных времена, когда было очень сильно влияние Брестской унии. Младенца крестили в Заблудовском Успенском монастыре с именем Гавриил в честь архангела Гавриила. 11 апреля 1690 года Гавриил был похищен евреем-арендатором из того же села Шуткой и умучен им. В самый день Пасхи Христовой (20 апреля/3 мая) мальчик был исколот для истечения из него всей крови. Мучитель выбросил его тело в поле, где через девять дней он и был найден родителями. Тело мученика осталось нетленным, при этом собаки все это время охраняли тело от птиц. Тело младенца было погребено в православном Заблудовском монастыре. В 1720 г. началась эпидемия. Младенцев, умерших от нее, хоронили в близи гроба мученика Гавриила, и однажды во время копания могилы были обнаружены его нетленные мощи. После обретения мощи были перенесены и поставлены в церковный склеп в Зверковской церкви. В 1746 году в храме вспыхнул пожар. Церковь выгорела до основания, но огонь не коснулся тела невинного страдальца. Тело его лишь приняло от дыма коричневый оттенок. В 1755 году мощи св. мученика Гавриила были перенесены в Свято-Троицкий монастырь в г. Слуцке Минской губернии. Мощи младенца-мученика лежали в раке совершенно открытыми. У раки висела доска, а на ней на церковно-славянском и польском языках было выгравирована следующая надпись: «Младенца Гавриила Гавделюченко из села Зверков графства Заблудовского, рожденного 1684 года марта 22 дня, а умученного от жидов в Беломстоку в 1690 году апреля 20 дня. О сем кто хочет пространнее ведати, отсылается до книг правных Магдебургии Заблудовския. Мощи его святии принесены из Заблудова до Архимандрии Слуцкой 1755 года мая 9 дня, за благополучным княжением сиятельнейшего князя Иеронима». 20 апреля 1912 года в Свято-Троицком монастыре перед мощами св. муч. Гавриила прошло народное торжество. Была отслужена литургия и совершен крестный ход с мощами мученика, во время которого на глазах народа, архиепископа Антония и предводителя дворянства Рыбакова шестилетний крестьянский мальчик с парализованными ногами получил исцеление. Паломников в те дни в Слуцке было около 35 тысяч человек. Получены сотни приветственных телеграмм от членов Государственного Совета, Думы, братств и императора Николая II. В 1910 - 1912 гг. по благословению епископа белостоцкого Владимира (Тихоницкого) мощи святого были перенесены в кафедральный собор в Белостоке, а за тем в Супрасльский монастырь. Во время Первой мировой войны мощи св. муч. Гавриила были перевезены из оккупационной зоны. Снова мощи возвращаются в Слуцк. В тридцатые годы XX века Cлуцкую обитель закрывают, а мощи переносят в один из минских музеев; позднее они падают в Гродненскую Преображенскую церковь.В 1944 г. мощи переносят в Гродненский Покровский храм, где они находились до 21 сентября 1992 г. С 21 по 22 сентября 1992 г. с благословения архиепископа Белостоцкого и Гданьского Саввы, ныне Митрополит Варшавский и всея Польши, и Гродненского и Волковысского Валентина мощи торжественно были перенесены в кафедральный собор Белостока.

СВЯЩЕННОМУЧЕНИК МАКСИМ САНДОВИЧ

СВЯЩЕННОМУЧЕНИК МАКСИМ САНДОВИЧ


    СВЯЩЕННОМУЧЕНИК МАКСИМ САНДОВИЧ7июня 1994г. Священный Собор Епископов Польской Автокефальной Православной Церкви постановил: «1)Во Имя Пресвятой Троицы, Отца и Сына и святого Духа, на Славу Православной Церкви провозглашается Святой Памяти Священник о.Максим Сандович – Священномучеником за Святое Православие, принимая во внимание его истинное почитание и всенародный культ. 2) Могилу о. Максима оставить нетронутой. 3) Днем Памяти Священномученика считать 6 сентября (24 августа по ст.ст.) – день его смерти. 4) Принять текст... тропаря, кондака и величания». Летом того же года освящением креста в с.Ждыни, месте рождения о.Максима Сандовича, начались празднования в честь нового святого Православной Церкви. В десятых числах сентября 1994г. состоялись главные торжества в г. Горлицах – одном из главнейших культурных центров Лемковщины, ставшем местом мученической смерти о.Михаила Сандовича. В Горлицах собрались представители православных лемков (до второй половины XIX в. их чаще называли русинами, а сами они русинами называли себя и позднее) со всех концов мира, включая и далекий американский континент, множество православного народа Польши. В истории Польской Автокефальной Православной Церкви это была первая канонизация святого, увековеченная специальным актом, провозглашавшем: «... к пущей славе Святыя Православныя Церкви в Польше, ради мученическия смерти, блаженно почившего отца Максима Тимофеевича Сандовича, последовавшей 6 сентября (24 августа) 1914 года, во граде Горлицы, ради всеобщего Его почитания среди Народа Божия – изволися Святому Духу (Д. Ап. 15, 28) и нашему молитвенному единодушию признать достойным, угодным Богу и, на радость Христовыя Церкви о. Максима Священномученика, положившаго душу свою за Св. Православие, причислить к лику Святых. Аминь». Торжественные богослужения в те сентябрьские дни 1994 г., каковых по признанию очевидцев еще не бывало на Лемковщине, многочисленные массовые исполнения народных духовных песнопений, в том числе посвященных свмч.Максиму, создали запомнившуюся всем атмосферу великого православного праздника в этой части Польши, расположенной к юго-востоку от Кракова. Первые православные, исстари именовавшиеся русинами, руснаками, рутенами и просто «рускими», поселились здесь еще много столетий назад, а затем почти постоянно подвергались страшным гонениям, вплоть до поголовной депортации во второй половине 1940-х гг. Для лемков cвмч.Максим был всегда еще и особым национальным героем, борцом за самобытность своего народа, его духовным пророком. «О. Максим, - говорил в те сентябрьские дни 1994 г. священнослужитель из лемковского села Высовей Владислав Канюк, - явился для нас тем импульсом, который определил наш поворот к Православию. Стал отцом, который начал заново возрождение православного духа лемков». А вот слова лемковского поэта Владислава Грабана из г. Крыницы: «Культ о. Максима среди православных существовал издавна. Он стал духовным вождем лемков. В домах были маленькие портреты – иконки о. Максима. После войны, в горлицком повете, я видел в церквах иконы с изображениями о. Сандовича». Народ по сей день слагает песни и пишет стихи в честь своего небесного заступника. Вот несколько строк из написанной на лемковском наречии и ставшей поистине всенародной «Песни в честь отца Максима Сандовича»: «Лiто ся тепле кiнчыло, Горы плакали вересньом. В жытя Твойго веснi Вшыткы ся сны переснили». Мученичество о. Максима Сандовича всегда отождествлялось с трагической судьбой его народа в XX столетии. Максим Сандович родился 31 января 1886 г. в северных пределах Австро-Венгерской империи в русинском (лемковском) селе Ждыня в семье греко-католического псаломщика. Учился в гимназии в старинном прикарпатском городке Новый Сонч, поражал своих сокурсников и товарищей по «Руской бурсе» необычайной набожностью и желанием стать монахом монастыря с наиболее строгим уставом. Три месяца он проводит в знаменитой Креховской ставропигиальной базилианской обители, где тогда находился новициат ордена базилиан. Атмосфера греко-католического монастыря оказалась чуждой Максиму Сандовичу, который в своих духовных поисках обращает взор к Православию и становится послушником в Почаевской Лавре. Там на него большое влияние оказывает епархиальный архиерей, будущий митрополит, Антоний (Храповицкий), способствующий поступлению Максима в Житомирскую духовную семинарию. По ее окончании 11 сентября 1911 г. Владыка Антоний рукоположил Максима Сандовича в священнический сан и благословил на служение в родимой стороне – на Лемковщине. О. Максим попеременно служит в нескольких прикарпатских селах, где среди лемков ширится движение по переходу в Православие. Он подвергается всякого рода гонениям со стороны австро-венгерских властей, враждебных по отношению к православным, неоднократно арестовывается и заключается в тюрьму. 28 марта 1912 г. о. Максима арестовывают и перевозят во Львов, где обвиняют в шпионаже в пользу Российской империи. Несмотря на абсурдность обвинения, отсутствие доказательств, власти более двух лет держат о. Максима в тюрьме, в конце концов обещают освобождение за отречение от Православия и переход в унию. Жесткий отказ о. Максима мог стать причиной самого сурового приговора вплоть до смертной казни, но случилось почти чудо – в июне 1914 г. решением суда он был освобожден и вернулся в родную Ждыню. С началом Первой мировой войны сразу же следует новый арест о. Максима, а вместе в ним его семьи и односельчан, обвиненных в русофильстве. 6 сентября 1914 г. без суда и следствия австрийская военная команда под предводительством ротмистра Дитриха расстреливает о. Максима во дворе горлицкой тюрьмы. Убийство священника было совершено с особой жестокостью и издевательствами на глазах его беременной жены, отца и односельчан. Последними словами о. Максима Сандовича были возгласы обращенные к его близким и одноверцам: « Да живет Святое Православие! Да живет Святая Русь!». Страшные массовые мучения лемков были еще впереди. Их пережила и вдова о. Максима Пелагея Сандович (Григорук), белоруска, дочь сельского священника из села Новоберезова на Подляшье. В концлагере Талергоф, куда после убийства мужа ее и тысячи русинов-лемков бросили австрийские власти, она родила мальчика, также названного Максимом и ставшего православным пастырем.

СВЯЩЕННОМУЧЕНИК АРХИМАНДРИТ ГРИГОРИЙ (ПЕРАДЗЕ)

СВЯЩЕННОМУЧЕНИК АРХИМАНДРИТ ГРИГОРИЙ (ПЕРАДЗЕ)


    СВЯЩЕННОМУЧЕНИК АРХИМАНДРИТ ГРИГОРИЙ (ПЕРАДЗЕ)Святой мученик архимандрит Григорий (Перадзе) родился 31 августа/13 сентября 1899 г. в селе Бакурцихе в Кахетии (восточная Грузия). Другие, менее достоверные сведения, говорят о том, что появился он на свет в столице Грузии - Тбилиси. Его отец Романоз Перадзе был настоятелем православного прихода церкви св. Георгия в Бакурцихе. В этой же церкви он окрестил второго своего сына, дав ему имя Григол, в честь жившего в VIII в. грузинского святого монаха Григола Чанцтели. МОЛОДОСТЬ И УЧЕБАПредки св. Григория были священниками. Отец священник Романоз Перадзе умер в 1905 г., когда будущему архимандриту едва исполнилось 6 лет. После смерти мужа мать Григория, Мария из семьи Самадалашвили, вместе с сыновьями (у Григория было два брата - старший Арчил и младший Василий) переехала в Тбилиси. Там она их и растила, и воспитывала. Ей помогал дядя Григория по отцу, настоятель прихода в Кварелии. Следуя семейным традициям, Григорий начал учиться в духовной школе в Тбилиси. В 1913 г., закончив школу, поступил в местную духовную семинарию, где изучал богатое духовное наследие Грузинской Православной Церкви. В истории Грузинской Церкви это было время, когда проявилось стремление к восстановлению автокефалии. Во главе движения за самостоятельность встали будущие патриархи Кирион и Леонид, а также ректор семинарии священник Корнелий Самсонидзе-Кекелидзе. В молодом семинаристе они увидели продолжателя своих начинаний. Вероятно, и знакомство Григория с Кекелидзе, известным знатоком древнегрузинской литературы и литургики, сформировало его будущие научные интересы - история раннего христианства в Грузии, грузинская литература и литургия. Когда был начат сбор средств на строительство церкви небесного покровителя Тбилиси, святого Або (церковь так и не построили из-за вспыхнувшей в 1917 г. революции), это важное дело было поручено именно Григорию. Во время учебы Григорий подрабатывал репетитором, чтобы помогать матери. Семинарию он окончил в 1918 г. лучшим учеником, что давало ему право на поступление во все духовные академии России. Помешала, однако, разразившаяся в 1917 г. революция и образование независимой Республики Грузия. Изменив свои первоначальные планы, в 1918 г. он поступает на филологический факультет Тбилисского университета, где изучает литературу и историю. Одновременно Григорий работает учителем в селе Земо-Чандаки близ Гори. В 1919-1921 гг. Григорий вынужден прервать учебу для прохождения армейской службы в Гори, Боржоми и Ахалцихе. Он участвует в обороне Грузии от большевистских войск. После возвращения из армии, когда большевики вошли в Грузию, священник Корнелий помог Григорию скрыться в Кахетии, в Манави, под видом сельского учителя. Григорий преподает там до сентября 1921 г., после чего возвращается в университет, к учебе. Тем временем массовые преследования верующих и патриотов страны со стороны большевиков поставили Грузинскую Православную Церковь на грань уничтожения. Стремясь обеспечить преемственность и будущее Церкви, Патриарх Леонид вместе со священником Кекелидзе искали возможности для продолжения богословского образования способнейших выпускников семинарии. Вскоре, благодаря стараниям Кекелидзе и митрополита Назария, Совет католикосата Грузии направил Григория как первого грузина, представлявшего Грузинскую Православную Церковь, на учебу в Берлин для получения всестороннего богословского образования. При этом ему была выделена специальная стипендия.



Основан в 2008 году