Регистрация

История почитания Николая Чудотворца на Руси

Автор: Плаксин Олег
Опубликовано: 20-09-2009, 12:29, посмотрело: 8208
Святители

История почитания Николая Чудотворца на Руси

Без преувеличения можно сказать, что Святителя и Чудотворца Ни­колая Мирликийского на Руси знали всегда — задолго до Киевского Крещения и даже до образования Древнерусского государства. При­чем почитали не просто в сонме иных святых христианской Церкви, а всегда как первого и любимого покровителя и заступника земли Русской, скорого и милостивого помощника всем прибегающим к его защите. Как это ни покажется странным, но именно архиепископ Мирликийских Николай, живший в IV веке и никогда не бывавший в пре­делах будущей России, без сомнения, является самым русским из все­го сонма почитаемых в России святых. Прииди в Русь и виждь, что нет града и села, в котором не было бы чудес Святого Николы, которых по множеству их невозможно и записать, — читаем мы в «Житии» Свя­тителя, составленном в XVI веке. Никола — имя знаменито, победе тезоименито; Побеждает агаряны, Утешает христианы, - так пелось о Николе Чудотворце в народе. Но не только утешителем всех скорбящих, не только предстателем и защитником необоримым от врагов видимых и невидимых стал на Руси Святитель Николай, но бо­лее всего — правилом веры, образом кротости, воздержания учителем. И избрав себе однажды такого учителя, русский народ не отступал от него уже никогда. Однако, прежде чем Русь избрала Николая, Промыслом Божиим Святитель Николай был избран святым покрови­телем России и народа ее, защитником небесным земного подножия Божия Престола и Дома Пресвятой Богородицы. Имя Николай означает победитель народа. Справедливо будет сказать, что среди прочих христианских народов русские по любви своей ко Святителю — народ первый из многих, «побежденных» им.

Первоначально слава имени Святителя Мирликийского зашла в пределы нашей земли вместе с первыми проповедниками христианства — от православных греков, живших среди наших предков-язычни­ков. У самих же греков Святитель Николай был признан святым отцом еще в V веке, когда уже существовало житие его и чтилась память его. Греки же во множестве жили в пределах нынешней Южной Руси в своих колониях: Ольвии, Херсонесе Таврическом, Суроже, Фанагории, Танаисе, Пантикапее и других. Частыми и желанными гостями были они и в городах славянских. В Киеве еще в IX веке христиане, в основном греки, имели свою церковь. Летопись преподобного Несто­ра свидетельствует, что в Киеве в 882 году была построена церковь во имя Святителя Николая на могиле воеводы Аскольда, в Святом Крещении Николая. Как известно, Аскольд был убит новгородским князем Олегом — язычником. Это первое письменное известие об Угоднике Божием Николае в нашей стране. Известно и то, что мать основателя русского общежительного монашества преподобного Феодосия Печерского постриглась в иночество в женской обители Святителя Николая, уже в те годы существовавшей на Аскольдовой могиле.

Древнейший образ Святителя Николы на Руси обнаруживаем в Со­фии Киевской. Известен он под именем «Мокрого». Силой этого образа Святитель Мирликийский явил в отечестве нашем первое чудо своего могущества и милосердия — дивно спас утонувшего в Днепре младенца, откуда и пошло название образа «Мокрый». Особо зримо возрастала помощь Николы Чудотворца русскому народу в годы смут и вражеских на­шествий. «За грехи наши Бог наказывает нас врагами», — всегда говорила в подобных случаях Русь и тотчас вслед за бедствием обращалась внутрь себя, испытывала себя и очищала от внутренних недугов.

Одним из первых таких испытаний было нашествие на Киевскую Русь степняков печенегов. Древние предания в назидание нам и для славы Чудотворца рассказывают следующее. Жил в то время благоче­стивый киевлянин по имени Добрык, имевший великую веру и любовь к Святителю Николаю. Был у Добрыка в плену знатный половчанин. Вот и предложил господин пленнику своему отпустить его домой за выкуп, который он из дома своего и принесет. А чтобы дело было без обмана, велел половчанину поклясться у образа Святителя, что пленник с выкупом в скором времени вернется. Обещал язычник, что все исполнит, но в сердце затаил другое. Он смеялся над своим госпо­дином и над Святителем Николаем: «Нет ума в этом русине! Отдал ме­ня на поруки образу какого-то Николая. Что этот Николай может мне сделать? Сейчас уйду и ни я его больше не увижу, ни он меня. Не принесу ему выкупа и не боюсь я его поручительства». Что же Святитель? Скоро по возвращении половчанина в свою землю он явился к нему и напомнил о его обещании: Не я ли поручился за тебя? Что же ты медлишь? Иди и неси, если не хочешь беды. Половчанин подивился видению, но не придал ему значения. Через несколько дней он вдруг упал с коня и услышал вновь:— Не велел ли я тебе отдать выкупа? Пожалей себя и отдай, если не хочешь худшего.

Собрался уж было половчанин ехать, но за нечестивой жизнью своей вновь перестал о том думать. И вот, однажды собрались половецкие князья на пир и на том пиру на глазах у всех невидимая сила принялась должника- половчанина кидать, ломать и корчить, ко всеобщему ужасу, и все разбежались.— Не предупреждал ли я тебя, что будет хуже? — внушал неверно­му Чудотворец. — Тот христианин с теплой верою обратился ко мне и возложил на меня всю надежду свою, а ты, безумный варвар, возгор­дился и не побоялся суда Божия. Узнали о том и родные половчанина:

— Кто может быть так безумен, как ты? — сказали они. — Не без ума же ты был отдан Богу русскому на поруки.

— Не Самому Богу, а святому Его Николаю, — заметил половчанин.

— это кому, если не Богу? Или ты не знаешь, что Бог русский дивные чудеса творит не только Сам, но и через святых Своих? — ответили родные и пригрозили, что уйдут от него, если он не отдаст выкупа.

Теперь уже не нужно было побуждать половчанина. Едва оправив­шись от побоев, велел он кроме долга отделить еще часть от громад­ных стад своих в дар Святителю Николаю. Так Святитель выполнил поручение доброго христианина и распространил славу Божию в пле­менах варварских. Церковь же, построенную на вклад половчанина, в народе прозвали «Никола Добрый». Таково древнейшее чудо покровительства Святителя русским лю­дям в их столкновениях со своими врагами. И спасла бы десница Божия и помощь угодников Божиих Русь от всех врагов ее, если бы все имели такую же

История почитания Николая Чудотворца на Руси


искреннюю и глубокую веру, как киевлянин Добрык, если бы так же милостиво относились друг к другу, как он к половчанину. Но, видимо, не стало более на Руси истинного благочестия. Гря­нул первый гром над забывшимися грешниками — гибельная битва на реке Калке (1223), где недружные дружины русские все полегли с кня­зьями своими в первой схватке с татарами. Но дал еще Господь время на покаяние и явил Свою явную милость русичам. По велению Угодника Божия в 1225 году пресвитер греческий Евстафий из Корсуня приносит в город Красный, будущий Зарайск, в область Рязанскую, образ Святителя Николая. Это первая икона Николы Чудотворца на Русской земле. Образ этот берег и утешал Рязанскую землю, первой подвергшуюся нападению в годы страшного Батыева нашествия. Из истории мы помним, что принявший из рук пресвитера Евстафия свя­тыню юный рязанский князь, благоверный Феодор, погибнет в ставке Батыя как исповедник и мученик за Христа. Когда нечестивый Батый пожелал к себе жену Феодора, князь с негодованием ответил ему:

— Нехорошо нам, христианам, приводить к тебе, безбожному царю, жен своих. Когда нас одолеешь — все твое будет.

Конечно, таких смелых слов лютый Батый простить князю не мог. Жена же святого Феодора, красавица Евпраксия, узнав о гибели мужа, спасаясь от татарского пленения, вместе с малым сыном своим кину­лась из окна высокого терема и убилась насмерть. В память о том и го­род стал называться Заразом или Заразском, позже — Зарайском (зараз по-славянски означает ушиб, удар. — Прим. авт.). От имени города произошло и название образа Святителя — «Никола Зарайский». Позже от этого образа произойдут еще многие чудеса и исцеления. Дошедшие до нас памятники и предания говорят нам, что предки наши в то страшное время сильно молились святому Чудотворцу о восстановлении поруганного монголами имени христианского. Од­ним из первых примеров милосердия Святителя к нашему отечеству является чудотворный резной образ Николы Можайского (XIV в.). Название свое он получил от города московского княжества Можай­ска, Никольский собор которого и сам город Святитель чудесно за­щитил от врага. Осадившему Можайск ордынскому отряду вдруг ночью на воздухе явился Святитель Николай в грозном обличий, с ме­чом в одной руке и с храмом, защищенным крепкой стеною, — в другой. Неприятель так был устрашен этим видением, что снял осаду и с позором бежал. Тогда-то и изготовили благочестивые граждане почи­таемое ныне резное изображение Угодника в благодарность за его помощь. В память этого чудного явления и сам образ называется яв­ленным. Мы хорошо знаем его по многочисленным копиям и спискам, многие из которых чудотворны.

Если татары издевались тогда над всем русским народом и верой его и кичились своей силой и властью, то все же при этом уничижении русского имени варвары не могли не видеть во многом очевидного превосходства христиан над ними. Не могли, по крайней мере, не видеть этого честнейшие между ними и разумнейшие. Доказывают это далеко не единичные случаи обращения знаменитейших татар в Пра­вославие. Таковыми были: сын Батыя — Сартак, мурза Чет — родоначальник бояр Годуновых, преподобный Петр, царевич Ордынский, о котором мы уже писали. Таковым был и татарский мурза, известный нам после своего Крещения уже как княжеский боярин Клеопа. После Крещения он женился на русской, стал боярином русского князя и совершенно обрусел, настолько, что никто не признавал в нем татарина. Но однажды понадобился для посольства в Орду по очень тонко­му делу опытный дипломат. И вызвался идти Клеопа в надежде, что по прошествии стольких лет никто не узнает его на родине. Но его узна­ли, и он был подвергнут многим мучениям. От него требовали отречения от Христа, но твердость его была непоколебимой. Он терпел все и молил помощи у Святителя Николая. И однажды ночью Чудотворец в сиянии света явился исповеднику. Оковы его пали, и Святитель Николай вывел страдальца из вражеского лагеря. Благополучно он достиг и Суздаля. А в благодарность за освобождение свое написал Клеопа образ Святителя Николая, прославившийся впоследствии многими чудотворениями и именуемый Глебовским. Божия правда не национальное достояние исключительно русско­го народа или какого-либо иного, но всех, кто истинно правдив сердцем, жаждет и алчет этой правды, ищет Бога, боится и любит Его. Замечательной иллюстрацией помощи Святителя Николая не русскому, а правому является следующее предание, тем более любопытное, что сохранилось оно для нас в «Записках о Московии» известного путешественника и дипломата барона Герберштейна. У него, как иностранца, не было оснований писать с пристрастием о почитании на Руси Николы Чудотворца. Просто оно было очевидным для него. Некто Михаил Кизалецкий, муж знатный и храбрый, в од­ном сражении преследовал татарского мурзу. Увидев, что татарин ускользает, он воскликнул громко: «Николай, доведи меня до этого человека!» Татарин же, услышав это, в страхе вскричал: «Николай, если он твоей помощью нагонит меня, то этим ты не сделаешь ни­какого чуда. Если же ты сохранишь невредимым меня, чуждого твоей веры, тогда велико будет имя твое!» Говорят, — пишет далее Герберштейн, — что лошадь Михаила остановилась, а татарин спасся. И после того он при жизни своей каждый год приносил в дар Николаю несколько мер меду за свое спасение и столько же мер — Михаилу, а сверх того еще и меховую одежду. Этот рассказ неправославного человека напоминает нам чудо с половчанином и лучше всего свидетельствует о славе Святителя, распространявшейся да­же среди язычников. С именем Святителя Николая безусловно связаны все важнейшие события истории России. Во время похода великого князя московско­го Димитрия Ивановича на Мамая образ Святителя чудесно явился ему над засохшим деревом. Увидев икону во всей славе ее, великий князь воскликнул: Сия вся угрета (согрело) сердце мое. После победы благоверного князя Димитрия Донского над Ордой на этом месте воз­ник знаменитый Николо-Угрешский монастырь. С именем Святителя связано и официальное окончание татаро-мон­гольского ига. После явления Николая Чудотворца жене государя Ивана III Софии Палеолог она сумела добиться выселения из Москвы последних представителей ханской администрации, а на месте их до­ма ею в скором времени был выстроен Никольский храм. «Степенная книга» в повествовании о покорении Иоанном Грозным Казанского ханства также рассказывает о чудесном явлении Николы Чудотворца перед решительным штурмом Казани одному воину-нижегородцу с повелением: «Иди, скажи царю, великому князю Ивану, да повелит он осенить воинство свое честным Крестом и священною водою окропити. Се бо предает Бог град Казань в руки его». И в XVII веке, в период польско-литовской интервенции, когда разбойничьи отряды Сапеги и Лисовского отчаянно, но безуспешно осаждали Троице-Сергиев монастырь, видели защитники обители неоднократно на стенах в пе­риод самых жарких схваток благословляющего русских иноков и воинов Святителя Николая. След от польского ядра, ударившего в икону Святителя и не повредившего образа, можно и сегодня видеть на железной двери Троицкого собора Сергиевой Лавры.

С XIV века начинается новый этап в истории нашего отечества — время его государственного возрождения и усиления. С того же времени начинается и в течение нескольких веков продолжается золотой век в религиозной жизни русского народа, особенно в жизни иноческой. И иночество, и Церковь сослужили в это трудное время неоценимую — и по-видимому, до конца не оцененную! — службу государству и народу России. Стоит ли удивляться тому обстоятельству, что эта великая служба подвижников Церкви совершалась под ближайшим и непосредственным покровительством Чудотворца Николы. В то время, более чем когда бы то ни было, на Руси у иноков проявляется любовь к Святителю, и он, скорый в бедах помощник, более, чем когда-либо раньше, являет всю полноту своих благодеяний нашей земле в ее обителях, а через них и всем сынам и дочерям ее. Мы совершенно не в состоянии привести даже малой части бесчисленных случаев почитания Святителя Николая святыми отцами Русской Православной Церкви. Это и не входит в задачу нашего повествования. Мы ограничимся лишь примером отца и учителя русского монашества того времени, второго Антония Печерского — преподобного Сергия Радонежского. Он является и первым примером любви и благодарения к великому Святителю Мирликийскому. Об этом свидетельствует сохранившийся до нашего времени в Сергиевой обители келейный его образ Николы Угодника. Предание говорит, что эта икона Чудотворца постоянно была перед глазами Преподобного в его келлии, и он перед ней творил свои сильные пред Богом молитвы.

Нет на каноническом пространстве Русской Православной Церкви епархии, в которой не существовал бы храм или монастырь в честь великого Чудотворца Николая. Нет храма православного и нет благочестивого дома, где бы не обнаружился на почетном месте образ Ни­колы Угодника. Начнем ли свой отсчет с севера на юг: от Никольской церкви в поселке Видяево, построенной в память погибшего экипажа подводной лодки «Курск», и до Ашхабадской женской обители Святителя Николая в жарком Туркменистане, или с запада — от величественного Санкт-Петербургского Никольского собора, от маленького ли храма Никольского на острове Залит и до восточных пределов Отечества нашего — до морской Никольской церкви города Владивостока, построенной в память о погибших моряках крейсера «Варяг», но не сочтем мы всех престолов и образов Чудотворца. Как не сочтем и не соберем всех чудес и деяний его, великих и малых, свидетельствую­щих об особом попечениии Угодника Божия о России, ибо: Никто не может их исчислить и рассказать о них, даже если бы много языков имел (акафист, кондак 4).

Удивится ли кто-нибудь после всего сказанного тому, что в 1423 году именно на возрождающейся духовно и по- земному зримо Русской земле, очищенной многими скорбями, слезами и кровью народной, освященной подвигами мучеников и исповедников, молитвами препо­добных и праведников, является величайшая в человеческом и ангель­ском мире святыня — Чудотворный Крест Господень? И кто же, как не Святитель Николай, второй по Божией Матери заступник и попе­читель православной России, после падения Византии должен был явить на Руси, в древнейшей Ростово-Суздальской епархии — одной из первых во святом Владимировом крещении, чудо и славу Распятого и Его Животворящего Креста? А вместе с Крестом и Новую Голгофу, с Голгофой же и Воскресение!

Мы отовсюду притесняемы, но не стеснены; мы в отчаянных обстоятельствах, но не отчаиваемся; мы гонимы, но не оставлены; низлагаемы, но не погибаем. Злословят нас, мы благословляем; гонят нас, мы терпим; хулят нас, мы молим...




Имя:*
E-Mail:


Основан в 2008 году